«Вино из мухоморов»: ― А что, так можно было?!

Поделится с друзьями:

Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в whatsapp
WhatsApp

Близится конец года, пора подведения итогов. У каждого найдётся под чем провести определённую черту.  У Дмитрия Сивкова, среди прочего, в списке «2019» новая книга. О самом тексте, его закулисье и состоялся наш разговор с автором.

Заместитель директора ГАУК СО «СОУНБ им. В. Г. Белинского» Елена Гармс принимает книгу от автора в фонд библиотеки.

Шляпка в крапинку – национальный символ  

― На правах старого знакомого не буду ходить вокруг да около… Сразу задам вопрос в лоб: что за название такое у романа «Вино из мухоморов»?

― Ты невольно сам отчасти ответил на этот вопрос: оно цепляет взгляд, слух; включает воображение… За  название предыдущей книги ― «Золотая хозяйка Липовой горы» мне порядком досталось критики, в частности от известного филолога Леонида Быкова, за его размытость. Можно сказать, извлёк урок. А вообще, это название одного из рассказов, вошедших в книгу. И особое спасибо заслуженному художнику России Геннадию Шуршину за шикарную обложку.

― Хочешь сказать, что привета от Бредбери с его «Вином из одуванчиков» здесь нет?

― Есть и такая перекличка. Но тема исключительно наша, национальная. Правда, сам не сразу это понял.

― Такое бывает, что пишется по наитию, а осмысление текста приходит позже.

― Перед первой презентацией книги ― на фестивале современных СМИ «Вся Россия» в Сочи – решил снять видеоролик (кстати, его можно увидеть в Ютубе на моём канале). С оператором Сергеем Куликовым поехали в лес снимать стендап. Думал, проблем с натурой не будет. Середина сентября, грибы ещё не отошли… А мухоморы полдня искали! Было время поразмышлять. Так и возникла тема знаковости мухоморов для россиян. И пришло всё через  Бунина.

― А Иван Алексеевич-то с какого боку?

― У него есть рассказ «Косцы». В память запал со времён «Истории отечественной литературы» на журфаке, а тут всплыл. И всё из-за отрывка о мухоморах, его нереалистичности. Поганки уминают не лесная нечисть, костанедовский дон Хуан или тувинские шаманы, а обычные рязанские крестьяне!  Я сам деревенский, у нас до недавнего времени погаными грибами лисички считали, не говоря о вешенках или бараньем мхе. А тут мухоморное варево трескают за обе щёки простые мужики, да ещё и нахваливают, мол, они сладкие, чисто курятина!

― Считаешь, это введено как некий символ?

― Конечно! Определённо некой избранности нашего народа, из разряда «что русскому хорошо, то немцу смерть». На самом деле, мухоморная тема имеет глубокие и ещё малоизученные корни. Взять хотя бы наши детские песочницы, почти повсеместно над ними крыша в виде мухомора! Все мы, можно сказать, выросли  под их сенью.

Хотя, сразу скажу, что я отнюдь не призываю читателей вводить мухоморы в рацион или пропагандирую потребление галлюциногенов. Скорее, это из серии «не так страшен чёрт, как его малюют». Можно просто пересмотреть своё отношение к вопросу, как это происходит со многими вещами в жизни, по мере того, как мы взрослеем. Книга как раз об этом.

Дмитрий Сивков и Максим Васюнов дружат уже много лет. И хоть сейчас уральских журналистов и писателей развели расстояния (Максим возглавляет службу информационных программ телекомпании «Ника» в г. Калуга) связи они не теряют. В селе Чусовом у камня Шайтан в 2017 году.

И никаких Гвоздей?

― Самое время перейти к её содержанию.

― В романе три книги: «Заочный брудершафт», «Мурманская тетрадь» и «Черепаха имени Емельяна Пугачёва». В первой собраны опусы, описывающие то, каким образом классики оказали влияние на мировоззрение главного героя, во второй ― рассказы о прошлом матроса рыболовецкого траулера, в третьей ― жизнь в полосе определённой зрелости и её сюрпризах.

Журналист Макар Гвоздев объединяет все рассказы и эссе. Они охватывают большую часть его жизни, что и дало право назвать книгу романом. Жизненные университеты научили Гвоздя оставаться собой в самых различных ситуациях: от каюты рыболовецкого траулера, вечно молодых и пьяных 90-х, камеры изолятора временного содержания до редакционных будней и пляжа в Кемере. Всё это, даже без вина с галлюциногенами, позволяет увидеть мир в собственном ракурсе. Например, сделать открытие в Пушкиниане.

― Макар Гвоздев – это…

― …Дмитрий Сивков. Авторы часто своим персонажам придают какие-то свои черты, но здесь без всяких аллюзий ― это автобиографическая проза. Макар Гвоздев ― это один из моих журналистских псевдонимов. Когда я пришёл работать в «Шалинский вестник», то хотел сделать его основным, но меня, скажем так, отговорили: «У нас же не журнал «Крокодил»! J. Так появился Дмитрий Зоев, от имени моей мамы Зои  Макаровны.

― А каково это, выставить свою подноготную, порой нелицеприятную, на всеобщее обозрение?

― Нормально. Если хочешь избавиться от чего-то и идти налегке дальше. За новыми впечатлениями, освободить для них место. Почему мужики так любят вспоминать службу в армии, вылазки на охоту и прочее? Потому что это всегда ситуация преодоления. Это греет их душу. Но нельзя жить только прошлым, это тупиковый путь. Но и вычёркивать его из жизни тоже не стоит, каким бы оно ни было. Осмыслить и сделать выводы ― дело другое. В молодости, в 90-е, нередко приходилось просто рефлексировать, потом уже думать, иначе было просто не выжить. И это не похвальба. Просто констатация. Такой текст, это не музейный стеллаж, а, скорее, кушетка психотерапевта.

Афиша презентации романа в Белинке

― Исходя из знака на обложке «18+», читателей в книге ждут «картинки»?

― Не обязательно. Хотя, как было их избежать, описывая то время? Но мне, да и тем, кто уже успел прочитать книгу, кажется, что удалось пройти по грани: назвать всё своими именами и не свалиться в пошлость. Например, одна из первых читательниц, краевед из Первоуральска Алевтина Сосунова, сказала, что откровенность  автора  не просто пугает, а вызывает чувство растерянности: «А что, так можно было?!», но при этом не возникает отторжения, а складывается ощущение нереальной близости. Такой отклик дорогого стоит.

― Слышал шутку от уральских коллег, что главный плюс книги Сивкова – от нее действительно торкает, как от грибов. Еще есть достоинства?

― Ну, ты спросил! Это прерогатива читателей – давать оценки. Хотя, думаю, мне удалось написать книгу, которую сам бы хотел прочесть. Греет душу, что люди после прочтения «Вина из мухоморов» обращаются к Пушкину, чтобы лучше понять, чего я там накропал в эссе о романе «Дубровский». В год юбилея Александра Сергеевича это, наверное, самое главное. А ещё не раз слышимое, что книгу хочется разобрать на цитаты.

― Что ж, с творческой удачей тебя! Верю, она не последняя. Кстати, когда ждать твою новую книгу?

― Спасибо! Надеюсь, в новом году дам повод для нового интервью.

Максим ВАСЮНОВ

Фото Станислава ФОМИНЫХ, Евгения ГРИШИНА

Прокоментируйте через Вконтакте:

Последние новости и статьи:

Топ объявлений:

Новостная группа вконтакте: